Организация праздников в Воронеже
Организация праздников в Воронеже
Главная О Нас Услуги Обратная связь

НОВАЯ ЖИЗНЬ СТАРЫХ КАЛЕНДАРНЫХ ПРАЗДНИКОВ

Календарные праздники — это преимущественно праздники времени года, отмечающие переходные рубежи от одного состояния природы к другому. Большую группу календарных праздников по установившейся в этнографии традиции составляют праздники старого сельскохозяйственного календаря. Аккумуляция народного трудового   опыта   этой   группой   праздников   говорит   за   то, чтобы рассматривать их в числе трудовых. Но ярко выраженная связь праздников старого календаря с природным комплексом, с культурно-бытовым укладом народа, их веками отработанная художественная сторона, наличие спортивных и эмоционально-развлекательных компонентов, тесная связь с этнической психологией — говорят о целесообразности специального их выделения.

До недавнего времени календарные праздничные циклы составляли самые существенные звенья в годовом круге народов, уклад жизни которых строился на натуральном способе ведения хозяйства — будь то земледельцы, скотоводы или рыболовы. Календарные праздники складывались в процессе трудовой деятельности людей. Поэтому в их основе — богатейший опыт человека, связанный с освоением природы и окружающей среды. Не случайно все старые календарные праздники концентрируют богатейшие рациональные фенологические и экологические знания людей. Народная мудрость давала рациональные хозяйственные ориентиры на будущее, помогая человеку согласовать свой труд с погодными условиями и окружающей средой. По своей сути крестьянский календарь — это свод сведений о ежегодно повторяющихся атмосферных и природных изменениях и их влиянии на урожай злаков, овощей, плодов, приплод скота, на поведение птиц и зверей.

Когда на смену патриархальному укладу пришли раннегосударственные отношения и распространились такие религии, как ислам, христианство, буддизм, то эти религии смогли закрепиться в жизни народов лишь благодаря аккумуляции праздников и обрядов народного трудового календаря. Вобрав в себя характернейшие социальные, производственные, бытовые и психологические черты уклада жизни конкретного социально-этнического образования, они вросли в социально-этническую структуру народа и, следовательно, в его образ жизни.

Многие календарные праздники — масленица, купальские праздники, лиго, сурхарбан и другие — пример бессилия со стороны служителей культа искоренить из жизни народа праздничное ликование в честь природы, в честь солнцестояния. Поэтому так часто в народных праздниках религиозные напластования оказывались хрупкой оболочкой. Между тем сам праздник продолжал функционировать в русле жизненных потребностей народа. Приведем один из характерных примеров. В свое время   В.   Дзасохов   дал   следующее   описание   осетинского праздника: «Если какие-нибудь священные места («дзуа-ры») ежегодно собирают тысячи осетин с многочисленными и разнообразными жертвоприношениями, то это нужно отнести не столько за счет религиозности осетин, сколько за счет их общественности и склонности к различным видам развлечений. А этих развлечений на подобных сборищах населения достаточно: тут и пляски, тут и пение, тут и конские состязания, стрельба и т. д. Эти же сборища являются методом встречи родственных и дружественных родов, а для молодежи в большинстве случаев местом для выбора невест»

Тесная связь народных праздников с природой, с земледельческим и скотоводческим календарем, в целом с историей и культурой народов повлияла на жизнестойкость этих праздников, придала им особую привлекательность как праздников, отразивших условия жизни и быта народа й составивших часть национальной культуры. Все это как раз те социально-культурные праздничные традиции, которые в новых условиях преобразуются в праздники весны, встречу лета, Нового года, праздники урожая, первой борозды и т. д.

Так, обычаи святочных новогодних праздников концентрируются вокруг 31 декабря — 1 января. Это — гражданская встреча Нового года с традиционной елкой, застольем, благопожеланиями. Мотивы прощания с годом минувшим, пожелания счастья и мирного неба в наступающем году — эти здравицы звучат за праздничными новогодними столами по всей нашей стране.

В старом святочном цикле привлекательны обычаи молодежи исполнять песни-пожелания благополучия и здоровья отдельно для каждой семьи и каждого ее члена. Песни-пожелания характерны для многих народов. Они имели разные названия. Это — среднерусские авсеньки, северные виноградья, украинские щедровки, колядки. Авсеньки и виноградья практически не испытали влияния рождественского обычая «славить Христа». Их можно восстановить в современном фольклорном празднике. Прецедент возрождения фольклорных форм обычая имеется. На Украине, благодаря усилиям общественности, на новой основе возрождены щедровки. Они хорошо воспринимаются населением и в городе, и в селе. Это говорит о том, что традицию новогодних благоножеланий следует поддержать там, где она еще сохраняется.

К примеру, любимая зимняя игра современного полесского   сёла   коляда — это   своего рода веселый сельскийпраздник-карнавал. Он в одинаковой мере увлекает и молодых и взрослых. Кстати, колхозники полесеких сел решительно возражают против сопоставления обычая колядования с пережитком религиозного характера. Старые колхозницы-колядницы рассказывали фольклористу. Я. Можейко, что в прежнее (дореволюционное) время священник «выводил из моды коляду», т. е. боролся с крестьянским праздником на том основании, что колядование «отвлекает» крестьян от церкви й церковных рождественских песнопений. В современном селе эти церковные песнопения мало кто помнит; они не получили особого распространения, так как крестьяне предпочитали «свои, простые песни» («В церкви пели набожно, по-книжному, а мы свое, простые песни»,— вспоминали старики-полещане).

Простые сердечные песни-колядки поздравляют с вечными человеческими ценностями — е Новым годом, добрым урожаем, хорошим здоровьем, желают, чтоб в семье было детей, как «частых звездушек» па небе, прославляют красоту девушек, взволнованно рассказывают об истории родного края. Колядки, шуточные и «серьезные», сопровождаемые традиционным фарсовым ряжением «козой», живут в полесском игровом празднике, где зритель и исполнитель выступают на равных, потому что хозяева, как и исполнители-колядники,— тоже знатоки разных вариантов колядок.

По наблюдениям фольклористов, в современном полесском селе большой популярностью пользуются шуточные колядки. Получила распространение «колядная критика», т. е. фарсовая импровизация методом от противного: скупого прославляют как щедрого, ленивого как работящего, хмурого как веселого. В этих случаях всегда известно, кому колядникн серьезно поют, а над кем смеются, потому что таинственная сила фарса — родная сестра каждого исконного народного праздника. Она присуща социальной психологии народа, его историческому опыту и культурному наследию. Например, для девушки, которая особенно «гонится» за женихами, поют о несметном количестве сватов:

...Первый сваты, што за лугам], Друг! сваты, што за вороцьма, Трэтця сваты, што у хаце сядзяць...

Примечательно, что «колядная критика» стала распространенным явлением и при исполнении некоторых «воэчебных» песен на севере Белоруссии. Исполнение этих песен приурочено к весне и совпадает с пасхальным периодом, хотя с пасхой они не имеют ничего общего, а связаны с древними обычаями в честь весеннего возрождения природы. В частности, в Витебской обл. одновременно с волочебными песнями под окнами нерадивых хозяев исполняются и сатирические куплеты.

Колядные и волочебные обходы-поздравления, как это было принято по традиции, заканчиваются пиршеством. Карнавально-игровое настроение пира, на котором поется много юмористических песен и частушек, привлекает к нему всех односельчан.                                                            

Примечательно, что в понятие «коляда», объединяющее традиционные зимние праздники, крестьяне полесского села включили и современный Новый год. Знаток полесской культуры 3. Я. Можейко называет характерным новогодний праздник в с. Тонеж. Здесь тесно переплелись традиционные и новые обычаи. Новогодний карнавал в сельском клубе закапчивается играми на улице и дома. А возле большой сельской елки веселят односельчан ряженые, среди которых по традиции старинных мистерий восточных славян главные- «дед» и «коза». В северных районах Белоруссии любимой святочной игрой продолжает оставаться «женитьба Терешки» — фарсовое развлечение, инсценирующее свадьбу2.

Колядки наших дней естественно сочетают современную тематику с традициями величального обряда. Они постоянно насыщаются новым содержанием — мотивами Родины, партии, труда, борьбы за мир, социально-нравственного воспитания. Сложился и новый обычай проведения новогоднего праздника: либо в Доме культуры — с рейдом праздничного поезда по домам передовиков, либо на площади, во дворах многоквартирных домов, в аэропортах, на вокзалах и т. д. Во многих случаях обычай становится средством трудового и нравственного воспитания: колядники идут только к передовым людям, минуя тех, кто сегодня не заслужил поздравления. Теперь новогодний визит заканчивается не традиционной просьбой о вознаграждении, а прощальной песней и раздачей подарков 3.

Мотивы социального оптимизма, чествование человека-труженика, коллективистская творческая атмосфера — эти черты современных святок созвучны нашему дню, потому что в них заложены глубокий гуманистический смысл, великая нравственная очищающая и преобразующая сила, те качества, которые помогают воспитанию человека, чуткого к доброте и красоте мира.

Эта связь времен крепится сокровищницей культурного и нравственного наследия народа, живет и в современных святках молдавского села. Здесь, как и прежде, во время святок всех привлекает традиционный сельский карнавал — жок — с коллективным исполнением танцев. Неизменной популярностью пользуются народные драматизированные представления и новогодние поздравления молодежи, пожелания благополучия и урожая в новом году, обычаи ымбларяку колинда (колядование), ымбла-ря ку стяца (хождение со звездой). Традиционные формы фарсового ряжения проникают и на городские новогодние карнавалы. Можно отметить возрождение новогодних обычаев уретура, плугушорул (плужок), сэмэнатул (посевание), в символической форме прославляющих труд земледельца. Они принадлежат к тем обычаям, которые отражают повседневные заботы крестьянина, живут в его быту, постоянно эволюционируя4.

Вот уретура — инсценированные пожелания хозяевам дома всех благ: здоровья — семье, счастья — девушкам, доброй старости— дедам и главное— чтоб земля уродила богатый урожай, а скот принес хороший приплод. Здесь не обходится и без сатирических замечаний в адрес отдельных лиц, по какой-либо причине ставших объектом критики односельчан. Все эти мотивы звучат и в плугу-шоруле, при исполнении которого в эпической стихотворной форме даются новогодние восхваления плугу, рассказывается его «биография», выражаются пожелания хозяевам, чтобы плуг усовершенствовался и вспахал землю глубже и лучше на благо хлеборобу. Неудивительно, что теперь в традиционном плугушоруле в качестве «царя полей» прославляется уже не плуг, а комбайн. Характерен и такой пример. Большой популярностью среди разных народов Молдавии пользуются народные драматические представления, исполнявшиеся, как правило, во время новогодних празднеств. Простейшая форма их — драматические инсценировки и танцы с традиционной символикой и ряжениями. Их играют на свадьбах, сельских вечеринках, посиделках (шезэтоаре), а в отдельных районах — и на похоронах (во время ночного бдения привегъ). Народная драма имеет глубокие исторические корни. Она тесно связана с общефольклорной поэтической традицией, с календарными праздниками, с традицией исторических и социально-бытовых песен, с иародпы-


ми легендами, быличками, плачами, иногда с мотивами баллад и героических поэм. Как жанр народная драма коллективна и широко бытует в молдавских, болгарских, гагаузских и других селениях. В наше время она обогащается новой тематикой. В ней усиливаются морально-воспитательная тема и мотивы советского патриотизма. В народной драме «Партизаны» персонажи — те самые партизаны, которых знали жители данного района. Атеистические мотивы звучат в драматических инсценировках «Маланка», «Капрэ» («Коза»), «Кэлуцул» («Лошадка») и др. А в войницкие народные драмы включаются буффонады, в которых разыгрываются сатирические бытовые сценки из жизни села.

Усиливаются мотивы дружбы в драмах «Маланка», «Бужорений» и др. Замечательна новая версия драмы «Маланка», появившаяся в послевоенное время в Советской Молдавии под влиянием новых для этой республики социально-политических факторов. Ее старый сюжет — самопожертвование героини Маланки - ради спасения крепости. Новой темой под тем же традиционным названием «Маланка» стало отражение дружбы меяеду народами. Поэтому действующими лицами драмы становятся представители союзных республик. На Украине традиционный сюжет «Маланки» — комическое «величание» ленивой, нерасторопной, неудачливой Маланки — в форме красочного народного спектакля удачно вписывается в жизнерадостную атмосферу современного новогоднего праздника.

Трансформация традиционных сюжетов под влиянием социалистической действительности — яркий пример самодеятельного творчества народа, его интернационального образа мышления, ставшего характерной чертой в мировоззрении рядовых тружеников.

В этом отношении характерна трансформация русского народного праздника масленицы, против которого веками боролась православная церковь. Теперь современные праздники — «проводы русской зимы», «праздник русской зимы», «русская зима» — взяли лучшие традиции из старинной, популярной в народе масленицы.

Организаторы этого празднества иногда проявляют осторожность, назначая зимние гулянья не в дни, когда раньше отмечалась масленица, а в другие сроки. Вряд ли это нужно. Высказываемые же иногда опасения, что масленица   будто  бы  привязана  к  церковному   кален-


дарю,— несостоятельны. Масленица привязана не к церковному, а к лунному календарю. Более того, она совпадает с Новым годом по лунному календарю. А этот рубеж, как известно, принято отмечать особым празднеством у многих народов мира. Масленица — «широкая», «разгульная», «лакомка» — искони была жизнерадостным, жизнеутверждающим, динамичным празднеством, с которым на протяжении веков боролось официальное православие, но так и не смогло искоренить его из народного быта. В итоге жестокой борьбы с народными праздничными «игрищами» и «бесо-ваниями» (так именовались в церковных проповедях праздничные песни, пляски, хороводы, веселье) русское общество и русская культура утратили  многие самобытные песенные и хореографические традиции Древней Руси, так как их хранители (профессионалы-исполнители — скоморохи) по инициативе церкви подвергались беспощадным гонениям.

Сейчас многие традиционные формы масленичного гулянья восстанавливаются. И там, где проводы зимы не ограничиваются катанием детей на лошадях, в массовое праздничное гулянье охотно включаются все. Недаром на праздник русской зимы, который устраивают, например, в рабочем поселке Сапожке и в г. Скопине Рязанской обл., с удовольствием приезжают на разукрашенных колхозных тройках и сельские жители. Здесь играет свою роль и праздничное оформление улиц, и организация традиционной ярмарки с сувенирами, и ряжения, и выпечка блинов на улице — «с морозцем», и концерты художественной самодеятельности, и катания на лошадях, и массовые зимние игры. К слову сказать, ряжение теперь, как, например, в некоторых местах Горьковского Заволжья, сопутствует любому празднику, будь то Октябрьские торжества, бригадное гулянье, день рождения или просто дружеская вечеринка. Ряжение в современном быту воспринимается и исполнителями, и зрителями как развлечение, как своеобразная стихийная драматическая самодеятельность, в которой «сочетается потребность в веселье, смехе, зрелище с попытками отразить в этой привычной форме народного творчества явления окружающей жизни».

В итоге праздник не ограничивается, как это нередко бывает, концертом, заранее подготовленным силами местного Дома культуры, а получается по-настоящему массовым. Все пришедшие на праздник становятся не просто зрителями, а творцами праздника, его активными участниками. Таков праздник русской зимы в рабочем поселке Сапожок. О притягательной атмосфере праздника говорит хотя бы то, что здесь всегда много желающих принять участие в конкурсах (на лучшего танцора, певца и др.), здесь любят хоровое пение, а на сам праздник стараются прийти ряжеными в традиционную вывернутую шубу, надевают различные маски. Красочность празднику придают и старинные рязанские костюмы, которые специально по этому случаю надевают многие жители. Нелишне вспомнить и старинные рецепты масленичной кухни. Ведь исконное масленичное угощение, как известно, никогда не ограничивалось блинами. Оно было разнообразным и вполне рациональным для зимнего времени. Без сомнения, надо поддержать инициативу тех мест, где возрождаются любимые лакомства и традиционные напитки (например, горячий пряный напиток из меда — сбитень). Теперь на Урале во время проводов зимы гостям предлагают до 20 «вкусов» русского кваса. Для детворы выпекают «жаворонков» с изюминками-глазами и сахарных петушков. Отличаются и другие области своими старинными угощениями. Славятся куличи гжатские, пряники-«писанки» вятские и тульские, сибирские и уральские пельмени, архангельские шаньги и кулебяки с вязигой, вологодские ватрушки с картошкой и творогом и многое другое. По инициативе производственных объединений, особенно в сельской местности, «проводы русской зимы» проводятся как праздник-смотр готовности к весенним полевым работам. Подведение хозяйственных итогов завершает инсценированная символическая передача «ключей» от Зимы наступающей Весне.


Календарный рубеж — окончание зимы и наступление весны, отмечаемый праздником масленицы у русских, украинцев, белорусов, имеет аналогии у многих народов. К примеру, на зимнем литовском народном карнавале изображалась «война» зимы и весны. О традиционных масленичных персонажах особенно долго помнили в Жемайтии.                                       

Здесь на масленичных карнавалах разыгрывались сатирические шествия с танцами, песнями, с участием «обжоры» Лашининиса, «скупого», жениха-неудачника Сидараса и многих ряженых в традиционные маски.

Со славянской и литовской масленицей перекликается и грузинский праздник берикаоба, и праздник монго-лоязычных народов цагалган (цаган-сар).

Праздник цагалган воплотил в себе черты образа жизни скотоводов. Универсальность праздника в честь Нового года по лунному календарю, своеобразного праздника молочной пищи, позволила некоторым исследователям даже высказать предположение, что и русская масленица, возможно, поначалу была праздником скотоводов9. Предположение заманчиво своей новизной и не лишено оснований. Пока же ясно одно, что масленица была праздником в честь окончания года по лунному календарю, что в этом празднике преобладают черты образа жизни земледельцев, хорошо знавших скотоводство и рыболовство.

Цагалган — календарный праздник с множеством традиционных развлечений и игр спортивного характера, с красочными народными гуляньями и остроумными словесными состязаниями — был посвящен окончанию зимы и началу Нового года по восточноазиатскому сельскохозяйственному календарю. Знаменитый венецианец, путешественник и торговец Марко Поло, побывавший в Монголии в XIII в., писал об этом празднике: «Год у них начинается в феврале ... по обычаю все одеваются в белое, и мужчины и женщины, всякий как может. Белая одежда почитается у них счастливой, поэтому они и делают это, одеваются в белое, чтобы во весь год было счастье и благополучие... Князья и рыцари, да и весь народ Друг другу дарят белые вещи, обнимаются, веселятся, пируют, и делается это для того, чтобы счастливо и по добру прожить весь год». Так праздновался цагалган задолго до проникновения на территорию монгольских народов северной ветви  буддизма — ламаизма.

Ламы   пытались   приспособить   этот праздник к буддистскому учению. Но исконные доламаистские корни цагалгана оказались более жизнестойкими,, так как в основе праздника — не просто календарная веха, а традиционный производственный уклад монголоязычных народов: цагалган —это не только встреча нового года, но то — и праздник молочной пищи, т. е.; того, чем богаты бурят-монгольские народы. Поэтому месяц, проведения цагалгана (монг. сагаансар) дословно значит «белый месяц», символизируя собой счастье и благополучие.

По обычаям традиционного гостеприимства, вопреки религиозным барьерам на празднике цагалган в числе приглашенных всегда присутствовало много русских, проживавших по соседству с бурятами и монголами.

Среди монголов, бурят и калмыков было принято в это время приветствовать друг друга обеими руками с раскрытыми вверх ладонями. Этот древний обычай означал, что у встречавшихся нет в руках холодного оружия, что у них мирные намерения. Как символ добросердечности и взаимного уважения людей этот приветственный обычай сохраняется и поныне.

Современное поколение бурят и калмыков отмечает цагалган не как религиозный праздник, а как традиционное народное гулянье.

Цагалган, проводимый по-новому, как праздник возрождающейся природы, весны, радости, как праздник труда, противостоит влиянию ламаизма. Опыт такой работы особенно интересен в Монгольской Народной Республике. Здесь цагалган отмечается как общереспубликанский праздник членов аратских объединений. Для трудящихся Монголии праздник теперь не только связан е традиционной встречей Нового года по лунному календарю, но и с успешным проведением зимовки скота, началом приема нового приплода, как праздник изобилия молочной пищи.

С 1967 г. цагалган организованно встречается и в Калмыкии (калм. цаган-сар). Это — один из любимых праздников населения. В нем привлекательно все: и его связь с текущими общественно-политическими и хозяйственными задачами, и массовость в лучшем понимании слова, когда добрые традиции старого времени удачно сочетаются с новым образом жизни, национальное с интернациональным. Здесь, как и прежде, живет традиция бескорыстного обмена праздничной едой, борцоками (сдобное печенье), пиалами джомбы (национальный калмыцкий напиток). Праздничная вереница людей еще более красочна от национальных костюмов. Почетными гостями во многих производственных объединениях бывают труженики из соседних с Калмыкией Сальских степей.

По-разному было принято встречать весну у разных народов. Но всегда праздники в честь весны поэтичны и жизнерадостны. У большинства народов праздники, посвященные весне, давно уже утратили некогда им присущие магико-религиозные черты; среди старшего поколения некоторых народов (преимущественно в местах распространения мусульманства) религиозная сторона праздников еще в какой-то мере сохраняется. Но знамением нашего времени является то, что старые праздники наполняются новыми идеями, отражающими современный образ жизни.

Мэрцишорул - популярный в Молдавии праздник. В старом быту молдаван, болгар и румын этот день посвящался весеннему возрождению природы. С ним были связаны различные аграрные поверья и обряды, с помощью которых крестьянин надеялся обеспечить будущий урожай. Сейчас мэрцишорул - день поздравлений с наступившей весной.  Возникла и традиция,  по которой

мэрцишорул стал днем культуры и искусства народов Молдавской республики, а 1 марта — это первый день фестиваля, который открывают самодеятельные национальные ансамбли, прибывающие в Кишинев со всех концов республики.

 

Реклама




 
Популярные статьи

 


.